О настоящей коммунистической партии. Организационные основы большевизма. ч.2.

438_originalчасть 1

Идеология партии

Когда мы говорим о большевистской партии, о коммунизме, то в нем нужно различать следующие четыре стороны:

— идеологию        (теорию, программу);
— тактику;
— организацию;
— историю.

Таковы четыре важнейших подразделения общественно-полити­ческих знаний. Скажем несколько слов о каждом из них.

Раз мы желаем получить всестороннее пред­ставление о большевистской партии, нам нужно, прежде всего, спросить себя: какова идеология пар­тии, ее теория? Как партия понимает ход и разви­тие общественной жизни? Чего партия добивается, какие задачи ставит перед собой? Какова про­грамма партии и как она эту программу обосновы­вает? Вопросы теоретические, программные, идео­логические и ответы на них все вместе составляют общественно-политическое мировоззрение коммунизма.

Коммунизм есть, прежде всего, учение об условиях освобождения рабочего класса, а вместе с ним и всех других трудящихся от всех и всяческих видов притеснения, насилия, порабо­щения, угнетения, неравенства и эксплуатации навсегда. Таково первое значение слова «коммунизм».

Коммунизмом называется также тот будущий обще­ственный строй, который идет на смену капиталистическому, эксплуататорскому строю и который осуще­ствит полное и всеобщее братство, ра­венство и свободу всех людей. Таково второе значение слова «коммунизм».

Следовательно, коммунизм обозначает, с одной стороны, учение об условиях достижения и осуществления буду­щего общества, с другой стороны — само это буду­щее общество. Оба эти значения взаимно допол­няют друг друга и одно от другого неотделимы.

Идеология нашей партии носит не случайный, поверхностный, меняющийся, неустойчивый ха­рактер, как это есть у всех других без исключения партий. Мировоззрение большевиков опирается на гранитный фундамент науки, на теорию мар­ксизма, созданную великими учителями рабочего класса: Карлом Марксом (1818—1883) и Фридрихом Энгельсом (1820—1895), продолженную, развитую и поднятую на новую высоту Владимиром Ильичем Лени­ным (1870—1924). Наша партия руководствуется учением Маркса—Энгельса—Ленина.

Коммунизм, большевизм, марксизм, ленинизм — это различные наименования одного и того же учения. Ни­коим образом нельзя думать так, будто ленинизм есть нечто отличное от марксизма. Ленин, как ска­зано, продолжил, развил и поднял на новую высоту марксистское учение. Он претворил его в жизнь, как вождь рабочего класса, сделал его понятным, до­ступным и близким широчайшим массам рабочих и крестьян. Ленин заново поставил все вопросы рабочего движения в условиях, не имевших места при жизни Маркса и Энгельса, и разрешил их с невиданной до сих пор полнотой и глубиной в ду­хе учения Маркса и Энгельса. (В перечень «коммунизм, большевизм, марксизм, ленинизм» можно смело добавить и «сталинизм», если понимать под ним теорию и практику реального социалистического строительства. Мы сами этот термин не любим, против его использования был и сам И.В.Сталин, полагая, что его политика – это ленинизм, воплощение заветов Ленина. Сторонники Сталина называли себя не «сталинистами», а «сталинцами». Однако с подачи троцкистов, постоянно пытавшихся противопоставить Ленина Сталину, термин «сталинизм» укоренился в нашем обществе и означает именно то, что мы говорили – реальную практику социалистического строительства в СССР, достигшего, как известно, во всех областях жизни непревзойденных успехов, и с этим приходится считаться. – прим. РП)

Тактика

Второй отраслью коммунизма является тактика.

«Под тактикой партии разумеется ее политическое поведение или характер, направление, способы ее политической деятельности. Такти­ческие резолюции принимаются… для того, чтобы точно определить политическое поведение партии… в отношении новых задач или в виду нового политического положения» (Две тактики социал-демократии в демократической револю­ции. 1905 г.).

Партии постоянно приходится решать «тактиче­ские» вопросы о том, как ей относиться к крестьян­ству, к интеллигенции, к эсеровской партии, к не­мецкой революции, к ультиматуму Керзона, к ма­лым народностям (национальный вопрос) и т. д. Партия не действует по шаблону, по раз заучен­ному образцу. Партия, писал Ленин в 1900 году, «не связывает себе рук, не суживает своей деятельности одним каким-нибудь заранее придуманным планом или приемом борьбы; она признает все средства борьбы, лишь бы они со­ответствовали наличным силам партии и да­вали возможность достигнуть наибольших ре­зультатов, достижимых при данных условиях» (Насущные задачи нашего движения. 1900 г.). (Вот этого подавляющее большинство тех, кто сегодня в России называется себя коммунистами, не понимают категорически, и постоянно пытаются найти схему, шаблон, абсолютную формулу, верную во все времена и во всех случаях. Механицизм, к сожалению, доминирует в коммунистической среде, и потому главная тактика таких «коммунистов» – плестись в хвосте буржуазии, а не отстаивать твердо интересы рабочего класса. – прим. РП)

В зависимости от обстановки, от соотношения сил партия действует по-разному, неуклонно пре­следуя конечную цель: осуществление коммунизма. (Вот он – маяк, на который следует ориентироваться – коммунизм. Не мертвая схема на все времена, а именно огонек, к которому нужно двигаться, обходя по пути встречающиеся препятствия так, как это наиболее выгодно рабочему классу, исходя из скорейшего и наиболее надежного достижения его главной цели – коммунизма. – прим. РП).

Всякому члену партии нужно хорошенько усвоить себе и хорошенько понять: почему у партии одна тактика, одна линия поведения, окажем, по отно­шению к крестьянину-середняку, другая — по отно­шению к кулаку; чем руководствуется партия при решении, допустим, национального вопроса; почему большевики при царе иногда участвовали в Госу­дарственной Дyмe, а иногда отказывались выби­рать в нее, бойкотировали Думу и т. д.

Точный подсчет сил, выбор соответствующих средств борьбы, гибкость, умение маневрировать (где надо — наступать, где надо — отступать), посто­янная связь с массами — вот главные качества боль­шевистской тактики. Надо постоянно продумывать тактику партии по всем вопросам. (Важнейший принцип, так же плохо понимаемый современными коммунистами в России! Не лезть напролом, если нет сил для борьбы, а накопить силы, выбрать те способы, которые им соответствуют, наилучшее время для атаки и т.п. – это основы военного искусства, науки побеждать, а значит и искусства классовой борьбы. – прим. РП)

История партии

Третья отрасль знания, необходимого коммуни­сту, это история партии, изучение того, как партия возникла, как она развилась, как она боролась, что пережила за четверть века своего существования. История партии — богатейший источник поучений и уроков для новичка. Без знания истории партии, без ясного представления о том, как зародился большевизм, в борьбе с какими врагами он зака­лился и окреп, нельзя выработать из себя хорошего партийца. Ленин постоянно обращался к истории партии, черпая из нее выводы и поучения для на­стоящего времени, для сегодняшней борьбы. (Еще одна важнейшая истина, которая почти абсолютно игнорируется нашими коммунистами. А ведь ответ на вопрос, который до сих пор мучает многие тысячи, а может и миллионы наших советских людей – почему погиб Советский Союз лежит именно там. И не только этот ответ. В истории партии большевиков множество ответов на самые насущные вопросы нашей современной жизни, например, на наиважнейшие – как работать с рабочими массами, как создать настоящую партию рабочего класса и т.п. Однако буквально единицы из коммунистов учатся у партии большевиков. Остальная же масса, как молодых, так и старых коммунистов, чисто по-буржуазному полагает, что они все и так знают и им ничему не нужно учится. – прим. РП)

Организация

Четвертое, что нас в особенности интересует в коммунистической партии и о чем мы думаем специально заняться в настоящей брошюре, это орга­низация партии.

Мы знаем, что партия, как союз политических единомышленников, сама по себе представляет одну из организаций рабочею класса наряду с другими организациями: профессиональ­ными союзами, советами рабочих депутатов, коопе­ративными обществами и пр. Всякая организация, партия в том числе, может быть крепкой и спло­ченной, а может быть слабой и рыхлой.

Партия большевиков сейчас самая мощная ре­волюционная партия пролетариата на земле. Ка­ждый вступающий в партию рабочий обязан спро­сить себя: как организована наша партия? в чем ее внутренняя сила? каков внутренний уклад пар­тии, ее внутренний распорядок? каково строение партии? соблюдение каких организационных пра­вил обеспечивает большевикам мощность, крепость, силу партии? чем нужно руководствоваться, чтобы партия всегда была как бы вылитой, выкованной из одного куска?

Всякий знает или, по крайней мере, слыхал, что наша партия отличается от других рабочих партий, в том числе и коммунистических (в Запад­ной Европе) не только правильностью своей политики, но и своей невиданной в мире организован­ностью. Вот об этих правилах или условиях орга­низованности, о строительстве партии мы и будем говорить здесь. Идеологические или тактические вопросы мы разбирать не будем: их надо изучать по другим книжкам. Этих вопросов мы коснемся лишь там, где это окажется необходимым для луч­шего понимания организационных идей больше­визма или ленинизма.

Организованности рабочих Ленин всегда при­давал исключительно важное значение.

«У пролетариата нет иного оружия в борьбе за власть, кроме организации» (Шаг вперед, два шага назад. 1904 г.).

«Сила рабочего класса — организация. Без организации масс пролетариат — ничто. Организованный, он — все» (Борьба с кадетствующими социал-демократами и партийная дисциплина. 1806 г.).

«Сознательность передового отряда в том, между прочим, и проявляется, что он умеет орга­низоваться, а, организуясь, он получает еди­ную волю, и эта единая воля тысячи, сотни тысяч, миллиона становится волей класса» (Как В. Засулич убивает ликвидаторство. 1913 г.).

Богатство идей Ленина в самых разнообразных областях неисчерпаемо. В частности, Лениным со­здано учение о революционной партии про­летариата. Учение большевизма о партии заклю­чено не только в произведениях Ленина, но и в по­становлениях и резолюциях съездов партии и в не­посредственной организационной практике партии. Нужно помнить, что за время жизни Ленина не было таких решений партии по главнейшим вопро­сам, которые прошли бы без участия или совета Ленина или расходились с его идеями. Нельзя отде­лять Ленина от партии. Нельзя противопоставлять ленинизм большевизму, думать, что это разные ве­щи. Если мы по некоторым партийным вопросам не находим прямых указаний в произведениях Ле­нина, их надо искать в постановлениях партии. Речи и статьи Ленина, резолюции и постановления партии — это две части, взаимно восполняющие друг друга, взаимно разъясняющие одна другую. Из­лагая учение Ленина о партии, мы стремимся, пре­жде всего, приводить подлинное мнение Ленина по тому или иному вопросу; реже — пересказываем мнение Ленина, еще реже — даем разъяснения и вы­воды, вытекающие из основных идей Ленина.

Гибкость организации и единство действии

В самом начале 1902 года, выдвигая план по­строения партии, Ленин спрашивал: какого типа организация нам нужна? И на этот вопрос отвечал: нам нужна такая организация, которая

«обеспечит необходимую для социал-демо­кратической боевой организации гибкость, т.-е. способность приспособляться немедленно к самым разнообразным и быстро меняющимся условиям борьбы, уменье, с одной стороны, уклониться от сражения в отрытом поле с по­давляющим своей силою неприятелем, когда он собрал на одном пункте все силы, а с другой стороны, пользовался неповоротливостью этого неприятеля и нападать на него там и тогда, где всего менее ожидает нападения» (Что делать? 1902 г.).

Гибкость, умение быстро перестраивать свои ряды — таково одно из основных требований, кото­рые Ленин предъявлял партии. Много лет спустя, когда началась империалистическая война, Ленин заявил, что западно-европейские социал-демократические партии должны от легальных, разрешенных законом организаций перейти к нелегальным, тай­ным, подпольным, чтобы вести борьбу против буржуазии. Вот что писал тогда Ленин об органи­зации и ее гибкости:

«Возьмем современное войско. Вот один из хороших образчиков организации. И хороша эта организация только потому, что она — гибка, умея вместе с тем миллионам людей давать единую волю. Сегодня эти миллионы сидят у себя по домам в разных концах страны. Завтра приказ о мобилизации, и они собрались в на­значенные пункты. Сегодня они лежат в тран­шеях, лежат иногда месяцами. Завтра они в дру­гом порядке идут в штурм. Сегодня они про­являют чудеса, прячась от пуль и от шрапнели. Завтра они проявляют чудеса в открытом бою. Сегодня их передовые отряды кладут мины под землей, завтра они передвигаются на десяти верст по указаниям летчиков над землей. Вот это называется организацией, ко­гда во имя одной цели, одушевлен­ные одной волей, миллионы людей меняют форму своего общения и своего действия, меняют место и приемы деятельности, меняют ору­дия и оружия сообразно изменив­шимся обстоятельствам и запросам борьбы» (Крах 2-го Интернационала. 1915 г.).

Взявши «современное войско», как «один из хороших образчиков организации», особо подчерк­нув «гибкость» военной организации, ее умение давать миллионам людей «единую волю», Ленин прибавляет:

«То же самое относится к борьбе рабочего класса против буржуазии».

Организационная гибкость, умение быстро пе­рестраивать свои ряды, переходить от подпольных форм организации к легальным и обратно при не­прерывном сохранении единства руководства, воли и действия — таковы основные организационные качества нашей партии. (Увы, и здесь понимание партийной организации нашими коммунистами далеко от ленинских. Не секрет, что наши ведущие так называемые «коммунистические партии» – КПРФ и РКРП, например, понимают только легальные формы работы. Сама только мысль о  непубличной форме работы, не одобряемой буржуазной властью, не говоря уже о прямо нелегальной работе, вводит их в ступор. Но по-Ленину, это и есть яркое выражение оппортунизма, за который он неистово ругал европейскую социал-демократию – партии II Интернационала, в угоду легальности предавших коренные классовые интересы рабочего класса. – прим. РП)

Партия не признает организационного «фетишизма», отстаивания всегда и везде, при всех условиях и всех положениях одной какой-либо раз навсегда устанавливаемой формы строительства. (Фетиш — предмет, которому приписывают чудодейственную силу и которого поэтому обоготворяют, преклоняются перед ним, веруют в него.) (Вот таким фетишем для наших коммунистов, в том числе бывших членов КПФФ, конечно, слышавших о партии большевиков, но на деле практически ничего о ней не знающих, является, например, демократический централизм. Многое, из того, что далее они узнают от автора – старого большевика Вл.Сорина, для них явно будет откровением. – прим. РП)

Организационные формы подчиня­ются требованиям революционной целесообразности. В эпоху подполья (до первой революции 1905 г.) большевики отвергали, напр., «выборное начало» внутри партии, так как при отсутствии свобод в стра­не внутрипартийную демократию нельзя было осу­ществлять. Но как только в царской России поли­тическая жизнь на время стала свободнее (после октября 1905 г.), партия тотчас же перешла к демо­кратической организации. Позже, в эпоху реакции (примерно, с 1907 г.), партия снова ушла в под­полье, свела демократизм к минимуму. Одно вну­треннее устройство партии было в эпоху военного коммунизма (1918—1921 гг.), другое — в настоящее время. (Книга, напомним, была написана автором в 1924 г. – прим. РП)

Партия обязана приспособлять формы своего строения к условиям текущей борьбы.

«Всякая форма борьбы требует соответственной техники и соответственного аппарата. Когда главной формой борьбы в силу объективных условий становится парламентская борьба, в партии неизбежно усиливаются черты аппарата для парламентской борьбы. Наоборот, когда объективные условия порождают борьбу масс в виде массовых политических стачек и восстаний, партия пролетариата должна иметь «аппараты» для «обслуживания» именно этих форм борьбы, и само собою разумеется, что это должны быть особые «аппараты», непохожие на парламентские. Организованная партия пролетариата, которая бы признавала наличность условий для народных восстаний и не заботилась о соответственном аппарате, была бы партией интеллигентских болтунов; рабочие ушли бы от нее в анархизм, буржуазный революционизм и т. п.» (Кризис меньшевизма. 1906 г.).

Во время гражданской войны партийные организации приняли полувоенный характер («мили­таризация партии»): крайний централизм, строжай­шая дисциплина, действие путем приказов. Иначе нельзя было победить врага. Поэтому партия была обязана перестроиться на военный лад.

За время своей истории партии не раз приходилось изменять свои организационные формы. Но всякий раз, как партия должна была сжиматься, свертывать свои ряды или, наоборот, разворачивать их, постоян­ным оставался коренной тип большевистской партии.

«В отличие от Европы, конца XVIII и первой половины XIX века, — писал Ленин в 1913 го­ду,— Россия именно дала пример страны, в ко­торой старая организация доказала свою жиз­ненность и свою дееспособность. Эта организа­ция сохранилась и во время реакции, несмо­тря на отпадение ликвидаторов и тьмы обывателей. Эта организация, сохраняя свой корен­ной тип, умела приспособлять свою форму к изменившимся условиям, умела видоизменять эту форму соответственно требованиям мо­мента…» (Как В. Засулич убивает ликвидатор­ство. 1913 г.).

Как армия, перестраиваясь, все же остается армией, то-есть мощной военной организацией, так и партия, видоизменяя свои организационные формы, должна сохранить свой коренной больше­вистский тип. Единство руководства, воли, дей­ствия, организации, — это то, что является по­стоянным в партии. Партия живет и развивается, никогда не разрывая со своей прошлой организа­цией: она «оставляет» то, что устарело, сохраняет то, что доказало свою жизненность, создает новые формы применительно к новым условиям борьбы, сохраняет преемственность в своей деятельности, блюдет традиции партии, то-есть поучения и уроки прежнего революционного опыта, и во всяком по­ложении отстаивает коренной тип большевист­ской организации.

Переходим к изучению условий и правил орга­низованности.

 Продолжение следует

Пока комментариев нет.

Оставить комментарий