Пар или капитал: кто сварил людей?

6 декабря произошла серьёзная авария на ТЭЦ АО «ССГПО» в городе Рудном, северный Казахстан. В котельном цехе ТЭЦ разорвался один из главных паропроводов, по которым энергетический пар, вырабатываемый в паровых котлах, поступает к турбинам. Эти турбины вращают электрические генераторы и, таким образом, теплоэлектроцентраль (ТЭЦ) производит электрический ток. Для повышения КПД станции пар, производимый в её котлах, доводят до сверхкритических параметров – до температуры около 515С и давления до 80 кгс/см2. Такой пар называют перегретым или «сверхострым». Неизолированные участки работающего паропровода в темноте светятся тёмно-вишнёвым светом, и близко к ним без защитного костюма не подойдёшь. Это так, для общей информации.

Ясно, что при разрыве паропровода пар почти мгновенно заполнил всё свободное пространство верхнего яруса цеха, в том числе и галерею, соединяющую котельный цех с административно-бытовым корпусом. Через этот коридор пар и ворвался в сам корпус. Две женщины – уборщицы, попавшие под раскалённую струю, за несколько секунд были заживо сварены. Сотрудник Карагандинского турбомеханического завода А. Васильев, работавший в это время на ТЭЦ, также попал в поток чуть остывшего пара, но догадался упасть на пол и доползти до комнаты мастеров, где была возможность укрыться и покинуть опасную зону. Он получил ожоги 2 и 3 степени, повреждение трахей, но остался жив. Всего более чем 30 человек пришлось эвакуировать из административного корпуса по пожарным лестницам.

В сообщении об этой аварии на сайте «Новости@mail.ru» вольно или невольно допущена грубая неточность: разрыв паропровода произошёл не в котельной, а в котельном цехе ТЭЦ, где установлены главные паровые котлы. Большинство читателей не являются специалистами по пароэнергетике, поэтому нужно пояснить, что речь идёт не об аварии на обычной коммунальной котельной, где производят горячую воду-теплоноситель для отопления жилищ и горячую воду – для непосредственного потребления в ванной, на кухне и т.п. Аварии на таких котельных также недопустимы и неприятны, но там отсутствует фактор сверхвысоких температур и давлений, поскольку в котлах нагревается вода до температуры, редко превышающей 100 градусов. Из котлов обычных котельных к потребителям уходит не раскалённый пар, обладающий огромной убийственной энергией и способностью мгновенно заполнять весь свободный объём помещений, а нагретая вода под давлением до 6 атмосфер.

Кроме того, согласно сообщению «Новости@mail.ru», «взрыв на ТЭЦ …произошёл на третьем этаже здания», а такая этажность характерна именно для паросиловых цехов, поскольку высота паровых котлов высокого давления типа ДКВР с пылеугольными топками достигает 33 метров. В большинстве обычных котельных никаких третьих этажей нет. Снова попытка буржуазного СМИ одурачить трудящихся полуправдой и «блеснуть» своим техническим невежеством и пренебрежением к деталям.

Паропроводы высокого давления не рвутся сами по себе. По статистике наиболее типичным механизмом повреждения паропроводов является эрозионно-коррозионный износ металла. В первую очередь такому износу подвержены места изгиба паропровода, сварные швы и околошовные зоны, а также прямые участки труб после запорных или регулирующих устройств.

Развитие этого вида повреждений периодически контролируется ультразвуковой толщинометрией с определением и принятием безотлагательных мер предупреждающего характера. Кроме того, необходимо постоянно  отслеживать  развитие язвенной коррозии на поверхностях мест изгибов, следить за тем, чтобы на поверхности трубы не появлялись свищи или места отпотевания, поскольку разрушение металла не происходит мгновенно – ему предшествует образование свища или влажного пятна.

Вот тут и возникает вопрос: а проводились ли все последние годы на Рудненской ТЭЦ диагностические мероприятия на котлах и паропроводах? Проводились ли эти мероприятия в полном регламентном объёме? Если не проводились, то нужно спросить у господ-владельцев ТЭЦ: а почему они не организовали и материально не обеспечили необходимую диагностику оборудования согласно регламенту?

Если «ультразвук» и рентгеноскопия ответственных сварных стыков, напряжённых зон и поворотов всё же проводились, то они наверняка показывали, что там-то и там-то возникла необходимость в «принятии безотлагательных мер», то есть нужен срочный ремонт того или иного узла.

По мнению наших товарищей-инженеров, выброс пара на ТЭЦ произошёл из-за гильотинного разрыва сварного шва (разрыва, происходящего мгновенно по всей длине шва). Наверняка шов этот давно уже «слезился» и подтравливал пар. Так почему же владельцами ТЭЦ не были услышаны станционные «дефектологи» и не был организован срочный ремонт?

Ответ на оба вопроса очевиден: а потому что капиталистам страсть как не хочется нести необходимые производственные расходы, тратить прибыли на поддержание работоспособности собственных средств производства. Скажете, парадокс? Ничуть. Из машин, как и из рабочих, капиталистом выжимается весь возможный ресурс и мощность, поскольку  мощность – это работа в единицу времени, то есть интенсивность в производстве того, для чего эта машина служит. Простой машины или её работа с неполной нагрузкой рассматривается буржуазией как чистые убытки.

Поэтому всё оборудование ТЭЦ работало до полной выработки предельного ресурса, с пограничной нагрузкой, на максимальных параметрах пара, на предельных оборотах турбин, — всё для того, чтобы выработать как можно больше электроэнергии, которая есть высоколиквидный товар, который нужен всем и всегда. Чем больше энергии продаст капиталист, тем больше прибыли он получит.

Это значит, что капиталист по идее должен быть заинтересован в постоянной исправности и работоспособности своих машин. Но такое положение требует текущих затрат на ремонт и техобслуживание. Эти затраты объективны и неизбежны. Капиталист знает об этом, но рассуждает так: пока машины работают, какого рожна я буду увеличивать их стоимость за счёт уменьшения прибыли? Не для того они покупались.

В этом случае тратиться на ремонт и ТО в полном объёме не нужно, а нужно ограничиться лишь дешёвым поддерживающим ремонтом и самым поверхностным ТО. Машины обязаны «отработать» свою стоимость, а затем как можно дольше и безостановочно приносить прибыль, невзирая на их физический и моральный износ. Прибыль нужна здесь и сейчас, а диагностикой и прогнозами пусть занимаются за свой счёт нищие дураки – рабочие и цеховые инженеры.

Но капиталисту нужна безостановочная работа машин. Поэтому он всячески стремится переложить расходы на их текущий ремонт и техническое обслуживание на самих наёмных рабочих. Как это происходит? Рабочим ставят условия:

  1. Не хотите потерять работу и зарплату – следите за тем, чтобы все машины работали. Как вы это сделаете – ваше дело.

В такой ситуации виноватыми во всех авариях и неисправностях делают рабочих, с них же взыскивается часть необходимых расходов капиталиста на ремонт или ТО оборудования — в виде штрафов за «материальный ущерб» или «за порчу оборудования». Чтобы не потерять работу и не быть оштрафованными, рабочие вынуждены тащить на работу из дома некоторые инструменты, приборы и материалы, покупать вскладчину запчасти и т.п. Для проверки и диагностики или при поломке машин рабочим часто приходится оставаться и работать дополнительно после окончания работы, в выходные дни, выходить на работу, находясь в отпуске. Конечно, никаких денег за это они не получают. Зато капиталист за счёт бесплатного труда добивается снижения себестоимости производства и получает сверхприбыль.

  1. Не хотите заживо свариться (подохнуть от взрывов, удара током, от падения с высоты и т.п.) – сами следите за исправностью машин и оборудования. Не хотите работать голыми руками, без одежды и босиком, хотите сохранить свою жизнь и здоровье – сами покупайте себе часть орудий труда, средства защиты, рабочую одежду.

И покупают. Складывается положение, при  котором о машинах и другом оборудовании, принадлежащем капиталисту, по факту больше заботятся рабочие, хотя им в качестве живых придатков к этим машинам должно быть ни холодно, ни жарко до их состояния. Но работать надо и умирать от аварии не хочется.

С другой стороны, рабочие понимают, что применение самых современных машин нисколько не  облегчает их труд и не делает выше их благосостояние. Всё наоборот, труд стал до предела тяжким, а нищета рабочих масс растёт на глазах. Поэтому наряду с вынужденной заботой о машинах растёт и безразличие рабочих к их состоянию. Течёт масло, свищет пар – ну и х.. с ними! Работает машина, и ладно. Проявлю полезную инициативу – заставят работать ещё больше, а зарплату не увеличат ни на грош. Все машины вокруг чужие, и поэтому пользы для рабочего и его семьи от них нет почти никакой.

Кто виноват в таком положении вещей? Уж, конечно, не рабочие люди тормозят технический прогресс, не они впустую расходуют ценные вещества и энергию или устраивают аварии на производстве. Рабочие не самоубийцы и не сумасшедшие. Виновник всех этих преступлений один – капитализм. Поэтому он несёт всю ответственность не только за гибель конкретных людей на ТЭЦ, но и за задержку прогресса всего общества. Смерть капиталистическому анахронизму! – этот лозунг должен стать оборотной стороной нашего бессмертного и главного лозунга – «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»

 

Марк Золин  

Источник: https://news.mail.ru/incident/28072176/?frommail=1

Пока комментариев нет.

Оставить комментарий