Полицейский беспредел не щадит и казаков

Казаки Судоверфи

Для нас уже не новость факты  наглого полицейского произвола и  полная безнаказанность полицейских, совершающих преступление.  Раньше  мы этому удивлялись.  Мы по своей политической наивности всерьез воспринимали   всякие торжественные речи о правовом государстве, законности и демократии. Поэтому мы удивлялись и не могли понять — почему уходят от ответственности преступники в погонах. Но за последние годы мы значительно поумнели.

Теперь мы понимаем – происходит то, что и должно происходить. У нас теперь — диктатура буржуазии,  ничтожного меньшинства, присвоившего себе всю власть и все богатства народа.  А как иначе это меньшинство  может сохранить свое  господство,  если не даст огромные привилегии и полную безнаказанность тем,  на ком только это господство и держится – чиновничьему аппарату и полиции? Как сможет превратить их в на все готовых холуев – если не  развратит  вседозволенностью?

Самое же важное то, что теперь полицейская безнаказанность возмущает, становится поперек горла даже таким общественным группам, которые  никак нельзя назвать прогрессивными. Например, казачеству.

Противостояние  между казаками  и полицейскими  структурами в России уже не новость.  Оно происходят в основном по одной причине.  Огромное количество казачьих объединений создаются  в коммерческих целях. И чаще всего —  с целью ведения охранного бизнеса.  По существу, все эти казачьи объединения —  частные  охранные кооперативы.

И поскольку  полицейские занимаются тем же, и поскольку большинство уже действующих частных охранных фирм находится под их контролем – то они видят в казаках конкурентов,  отнимающих  у них хлеб, узурпаторов, посмевшие вторгнуться в  их законный бизнес.

Словом – нормальная капиталистическая конкуренция. А при конкуренции все средства хороши. Зная, что на их стороне сила и власть, уверенные в своей безнаказанности,  полицейские расправляются с конкурентами  нагло и беззастенчиво, не брезгуя ничем.  В этом они подражают  тем, кому служат – крупной российской буржуазии, олигархам, которые тоже не знают ни стыда, ни жалости, и тоже ни перед  чем не останавливаются, чтобы устранить или даже уничтожить конкурента.

Вот история об одном таком конфликте между полицейскими и казаками из поселка Судоверфь (в соседстве с Рыбинском).  Конфликт этот кончился плохо для казаков, и, надо думать, стал для них хорошим уроком политграмоты. Можно не сомневаться, что они после этого случая расстанутся со многими прежними иллюзиями.

Казаки из охранного казачьего предприятия  «Редут» несли охрану на заводе «Судоверфь». Совершая утренний обход территории, они увидели  в заливе лодочной станции завода четверых мужчин, спускающих на воду лодку.  Один из этих мужчин был знаком казакам.  Это был ранее уволенный за пьянство судоверфский участковый Сивцов.  После увольнения Сивцов нигде не работал, промышлял браконьерством и содержанием притона под видом бани. Клиенты притона приезжали на машинах, парились, развлекались с проститутками, которых привозили по вызову на такси – и щедро платили Сивцову, дававшему  пристанище для этих веселых утех.  Баня-притон находилась на берегу водохранилища. Тут же рядом стоял сарай, в котором Сивцов вместе  с подельниками-браконьерами  потрошил  рыбу.  И баня и сарай были по соседству с охраняемой территорией завода «Судоверфь».

И казаки,  и другие жители поселка не раз заявляли в полицию, что Сивцов промышляет браконьерством и содержит притон, просили принять меры. Как обычно, полиция отвечала, что она ничего не может сделать, потому что все это якобы невозможно доказать.  Так что Сивцова по-прежнему никто пальцем не трогал, и он спокойно, на виду у всех, браконьерил и парил своих клиентов (которыми в основном были его знакомые, работающие или бывшие полицейские).

И вот этот самый Сивцов был среди четверых мужчин, спускавших лодку в заливе лодочной станции, на охраняемой территории завода.

Охранники-казаки  потребовали освободить территорию.  Сивцов с дружками ответили руганью. Вдобавок  казаки увидели в лодке браконьерские сети.  Без сомнения, сивцовская компания отправлялась на свое обычное дело – браконьерский вылов рыбы.

Казаки попытались задержать браконьеров. Завязалась драка. В итоге казаки, вызвав на подмогу еще нескольких человек из охраны, все-таки скрутили Сивцова и его компанию, отобрали у них сети, и вызвали полицию.

Казаки думали, что уж теперь-то  Сивцову не отвертеться – раз его задержали с сетями.  Но не тут-то было.  Приехавшие по вызову полицейские были явно хорошо знакомы и с Сивцовым, и с его дружками. Это было видно из тех фраз, которыми они обменялись. Приехавшие полицейские  упрекали задержанных в неосторожности и безрассудстве,  говорили им что-то вроде этого: Дураки! Надо же было на рожон лезть! Ну и как вы теперь выкрутитесь?

Потом, явно сообразив, что без их помощи Сивцов со товарищи никак не выкрутятся – стали им активно помогать. Вместо того чтобы приобщить к делу изъятые сети,  как вещественное доказательство – полицейские засунули их в багажник своей машины, и увезли. На протесты казаков и на их вопросы, зачем увозят сети, полицейские не отвечали.

Через несколько дней было возбуждено уголовное дело на атамана казаков, начальника охраны, Геннадия Михайловича Разинькова.  Ему ставилось в вину, что он, повстречав на берегу водохранилища Сивцова, на почве личной неприязни затеял с ним драку и сломал ему ребро, нанеся тяжелый вред его здоровью.

Казаки опешили. Кинулись туда-сюда, доказывали, объясняли. Все напрасно.  Следователь Федорова отказывалась заносить в дело любое обстоятельство, свидетельствующее в их пользу. Например, ей указывали, что событие произошло не просто на берегу, а на охраняемой территории – а  она и ухом не вела, оставляла прежнюю формулировку. Ей говорили, что казаки несли охрану, находились при исполнении обязанностей, и должны были задержать нарушителей – а Федорова отвечала, что это не относится к делу, и по-прежнему ни словом не упоминала об этом в материалах следствия. Ей в сотый раз повторяли, что  задержанные собирались на браконьерский вылов рыбы, что у них были изъяты сети – а Федорова отвечала, что этим должен заниматься Рыбнадзор, и в материалах следствия даже не заикалась о сетях и браконьерстве.

Нет сомнения, что действия следовательницы Федоровой носили заказной, вернее – приказной  характер.  Выгораживая Сивцова и перекладывая вину на Разинькова,  она лишь выполняла  спущенное сверху распоряжение.

В администрации города Рыбинска, как известно,   бывшие полицейские чиновники  занимают немалые посты (например, Киселев,  один из заместителей  мэра  Ласточкина).

Казачье охранное предприятие «Редут»  воспринималось  местными  полицейскими  структурами как конкурент.

История судоверфского  задержания,  «нанесение вреда здоровью» бывшему полицейскому-браконьеру  –  все это  пришлось Киселеву очень кстати,  стало  возможностью расквитаться с давнишним врагом и конкурентом, опорочить и уничтожить   конкурирующую структуру.

И как ни бились казаки, как ни прошибали лбом стену – сделать ничего не смогли.  Жалобы и требования заменить следователя остались без ответа.  Федорова осталась, и продолжала гнуть свою линию.  Атаман Разиньков по-прежнему обвинялся в том, что на почве личной неприязни начал драку с Сивцовым, и причинил ему тяжкий вред здоровью.  С таким обвинением он и предстал пред судом. Гособвинение потребовало дать Разинькову  реальный срок.  Приговор был вынесен обвинительный. Правда, срок дали условный.

Но это мало меняет смысл события.  Если у казаков раньше были иллюзии насчет «законности» и «правового общества» в нашем буржуазном государстве – то теперь уже вряд ли.

Изначально  нынешняя  буржуазная власть возрождала казачьи структуры как  свою будущую опору на случай народных возмущений и бунтов.  И нынешние казаки, памятуя о роли прежних казаков в царской России, вроде бы не возражали против  такой  роли.  Но чем дальше, тем больше развеиваются  заблуждения казаков, как и прочих наших граждан. Еще лет десять назад казаки были согласны на роль «опоры престола».  Но  теперь, ясно увидев,  чего стоит  эта власть, увидев  развал образования и науки, ювенальный фашизм, торговлю детьми, наглядевшись на  безнаказанность  Сердюковых и  Васильевых,  на футбольные клубы и яхты Абрамовичей –  теперь едва ли они пойдут защищать власть буржуев от разгневанного народа, вряд ли будут жертвовать жизнью ради процветания кучки хапуг и грабителей.   События в Новохоперске показали, что наоборот,  казаки иногда способны возглавлять народные протесты, идти  впереди  народного возмущения.

Надо думать, что и судоверфские казаки,  почувствовав на своей шкуре  весь полицейский и административный произвол  буржуазного  государства, весь цинизм нынешнего  «демократического правосудия»,  избавились от многих  прежних заблуждений.

Что же касается полицейской безнаказанности — можно  не сомневаться, что она будет только увеличиваться. Власть чувствует, что почва уходит у нее из-под ног.  И уже покупает усердие своих жандармов, обеспечивая им вседозволенность.   Она уже готовит будущих карателей и усмирителей,  заранее воспитывает в них цинизм и беспощадность.

Кроме того, власть таким путем надеется деморализовать население, подавить в нем волю к борьбе, внушить чувство безысходности.

И единственный способ противостоять этому —  отдавать себе твердый отчет в происходящем и вести четкую и принципиальную пропаганду.

Владислав Дубовицкий

 

Пока комментариев нет.

Оставить комментарий